Чужая вина

Ревекка остановилась. Повернулась к нему. — Что ты сказал? — спросила она. — Ты слышала, — Амато скрестил руки на груди. — Я говорю, что вы с моим отцом нашли друг друга. Удобно, правда? Сначала спишь с сыном, потом — с отцом. Витторе шагнул к нему — но Ревекка положила руку ему на грудь, останавливая. — Не надо, — сказала она. — Я сама. Она подошла к Амато — близко, на расстояние вытянутой руки. Посмотрела ему в глаза — в эти красивые, тёмные глаза, в которых когда-то тонула. — Ты не имеешь права, — сказала она тихо. — Ты потерял это право, когда сказал «уверена, что это моё?». Ты даже не мужчина. Ты — трус, который прячется за своей злостью, потому что боится посмотреть правде в глаза. — А ты? — он усмехнулся, но усмешка вышла кривой. — Ты смотришь правде в глаза? Ты носишь ребёнка от меня, а спишь с моим отцом. — Я не сплю с твоим отцом, — сказала она. — Я просто принимаю его помощь. Она повернулась к Витторе. — Пойдём, — сказала она. — Нам пора. Витторе кивнул, взял её за руку — открыто, без стеснения. И сказал то, что должен был сказать. — У этого ребёнка новый отец, — сказал он, глядя на сына. — Я. Если ты ещё раз подойдёшь к ней, если ты ещё раз скажешь хоть слово — я не потерплю. Ты потеряешь всё. Не только деньги. Меня.