Эпиталамий одиночества

Он был архитектором, проектировщиком и строителем мостов. Господи, как же я теперь ненавижу это слово — «был». Для всего города он возводил переправы, а для меня построил крепость из параграфов и подпунктов. Двадцать три страницы, прошитые суровой ниткой. Брачный договор. Я смеялась, когда он начинал его писать: — Зачем нам это? Мы же любим друг друга. Он хмурился и отвечал: — Я должен все предусмотреть. Предусмотрел раздел имущества, компенсацию морального вреда, форс-мажор. Собственную смерть тоже предусмотрел. Но не предусмотрел, что причиной станет дурацкая ссора, мокрая трасса, молоко, которое он забыл купить. Теперь я сижу на нашей кухне. Три часа ночи. Его телефон молчит, зато договор передо мной. Я беру его карандаш и начинаю читать пункт за пунктом, страницу за страницей. На полях, между юридическими формулировками, пишу свою историю. Нашу историю. Историю любви, которую он не умел выражать словами — только цифрами, параграфами и подписями. Он оставил мне крепость. Я превращу ее в мост — бесконечный, как наша любовь. «Эпиталамий одиночества» — роман о любви, говорящей на языке договоров. О мужчине, который боялся упустить любую мелочь, кроме одной. И о женщине, которая получила в наследство двадцать три страницы брачного договора, 5 млн рублей и разбитое сердце. История о том, что любовь — единственный договор, вступающий в полную силу только после того, как его разорвали.