По осколкам

Он ненавидел звуки дождя, поэтому, когда по окнам барабанили капли, в его квартире играла музыка. Громко. Он ненавидел алую помаду, запах клубничного ликера и Моцарта, так любимого ею. Он ненавидел все, что их связывало, и презирал себя за эту ненависть, потому что она являлась признаком слабости — его когда-то зависимости. Теперь от нее остались осколки воспоминаний и изредка сны: мучительно реалистичные, яркие и теплые. И только в них он ощущал себя по-настоящему живым. Но наступало утро, таяли образы, и он возвращался в пустоту, от которой тоже стал зависим и которую бережно охранял. Потому что пустота не дарила лживых обещаний.