Шепотом Сквозь Вой

В сорок пять лет Елена Коршунова знала о жизни две вещи. Первая: справедливости не существует. Вторая: это не повод опускать руки. Она прошла Сирию — военным медиком, под обстрелами, в песке и крови. Вытаскивала бойцов, собирала раздробленные конечности, принимала решения об ампутации быстрее, чем люди выбирают обед. Получила орден Мужества и Золотую Звезду — не за подвиги, а за систему реабилитации, которую придумала между операциями. «Тело заживает быстрее, когда душа не кровоточит», — говорила она. Тогда это назвали «методом Коршуновой». Сама она называла это «поговори со мной, пока я тебя штопаю». В сорок три вышла на пенсию. Устала душевно. И пошла работать в реабилитационный центр для детей, переживших насилие. А по выходным — на телефон доверия. Слушала. Говорила. Вытаскивала. В Купальскую ночь, закончив смену в полночь, она шла домой через парк. Трое. Электрошокер. Асфальт под щекой — холодный и мокрый. Звёзды, падающие с неба. А потом пришли две женщины. Одна — с веретеном и добрыми глазами. Вторая — босая, в венке из папоротника, с безумной улыбкой. — Твоя нить оборвалась, — сказала первая. — Но мы спрядём новую. — Ты нужна в другом мире, — добавила вторая. — Там дети, которые воют по ночам. И упрямый оборотень, чьё сердце нужно растопить. — Что? — прошептала Елена. — Справишься, — хором ответили богини. — Ты же Герой России. И мир исчез. Она пошла туда, где была нужна