Телохранитель. Вернуть его...

Он изменился. Сильно возмужал и раздался в плечах. В белой рубашке и коротком черном пальто, в начищенных до блеска туфлях, выглядит шикарно. - Мне помощь твоя нужна… - слышу свой голос, словно через толщу воды. - Пошла вон! – произносит низким с хрипотцой голосом. Открываю рот, хочу, что-то сказать, но не нахожусь с ответом. Замираю в немом шоке. - Что?.. – не сразу понимаю смысл слов. - Вон пошла… - повторяет и отходит в сторону, освобождая мне проход. Задыхаясь от стыда и обиды, выбегаю с кухни. Не попрощавшись с его матерью, которая стала свидетелем нашего диалога. Подпирая поясницей столешницу, она так и стояла, наблюдая за нами. Чувствуя, как горячие слезы текут по щекам, надеваю туфли и белое тонкое пальто. Хватаю с пола сумку и выхожу на улицу. Холодный поток воздуха обжигает мокрое лицо. Что мне теперь делать? К кому идти за помощью? Он точно не поможет. Он ненавидит меня. И есть за что… Прислоняюсь спиной к холодной кирпичной стене, отпускаю ручки сумки, которая с глухим звуком падает на пол. Закрываю глаза и безмолвно ору, захлебываясь слезами. Куда идти и, что делать дальше я не знаю. Это конец. Рядом хлопает дверь, вздрагиваю. Открыв глаза, вижу перед собой широкую каменную спину Егора. Подняв голову к темному небу, тяжело дышит. Сердце, пропуская удары, бьется где-то в горле. Внутренне умираю, жду его решения. Зачем он вышел? Чтобы выслушать меня или вытолкать за калитку. - Что за помощь?.. Муж с отцом не в силах решить твоих проблем?.. – не поворачивая ко мне головы, спрашивает хрипло. - Я… мне… - блею, не в силах подобрать слова, - у меня детей похитили, - выдыхаю сипло. - Я здесь причем? – повернувшись ко мне всем корпусом, прожигает взглядом. Выход глав воскресенье, среда, пятница