Твои - мои руки

Молодой писатель Герман Лукин громко рыдал в голос, стоя посреди своей комнаты. «Чёрт! Что такое? Да что с вами?» — Герман сквозь слёзы в упор смотрел на свои вытянутые вперёд руки. Руки, как две некрасивые кривые коряги, простирались перед ним и велениям хозяина не подчинялись. Вернее так: руки Германа не гнулись в локтях. Всё остальное было нормально: они поднимались вверх-вниз; влево-вправо; пальцы работали в обычном режиме. А локти — нет! Прекрасно развитому писательскому воображению Лукина его повреждённый локтевой сустав представился в виде маленького механизма, в который вместо живительной смазочной жидкости кто-то по ошибке или нарочно залил бетон. И теперь механизм, захлебнувшись непотребной вязкой, постепенно затвердевающей полужидкостью, был мёртв и потому недвижим.