Ты надоел умирать, Ваша Светлость

К смерти нельзя привыкнуть. Нет, к чужой – можно. Со своей собственной же получится только смириться. И то. Раз так на пятидесятый. Или это была пятьдесят первая? Сложно удержать в голове точный порядок. Хотя бы потому что его бессмысленно записывать. Смерть – это больно. Безумно больно. Самоубийцы – безбашенные идиоты, честное слово. Я бы так не смогла. И они бы наверняка не смогли, если бы знали каково это. Мало того, что чаще всего начинается паника из-за заботливо предусмотренного природой инстинкта самосохранения, еще и разум начинает играть с тобой в садистскую игру – превращать все твои мысли в безумную тошнотворную кашу – конечную вспышку, сваренную из последнего чувства, случайных воспоминаний последнего дня и какой-нибудь глупости, которую достанет из разума. Моя глупость обычно одна и та же – его зовут Локланд Грай. Синий ворон. Моя нерациональная, глупейшая влюблённость с моего дебюта. Да и о какой любви идет речь, если этот придурок всегда умирает, что бы я ни делала? У сына герцога оказалось до ужаса много врагов. Он не воин. Всего лишь старший сын, у которого три брата. И каждый из них уже успел как минимум пару раз его убить. Спасай не спасай, а исход один – мой прекрасный наследник герцога будет мертв аккурат к моменту, когда вскрывается тайна его происхождения – герцогиня хорошо так погуляла в своей юности, и это очень громко аукнулось. Огласка – и всё. Финита ля комедия для моего милого Локланда. Мне бы со своей проблемой разобраться, а не в чужие впутываться. В конце концов, меня тоже просто смертельно достали убивать из раза в раз. В общем, начну с самого начала. С самой первой смерти. Или лучше сказать – жизни перед ней?