Вспышка

Вероника устала быть удобной. Дима устал быть камнем. Оба подумали об этом в одну секунду. А потом небо над Петербургом мигнуло. Без грома. Без дождя. Просто свет. И всё. Утром она проснулась в его теле. Сто девяносто восемь сантиметров, щетина, девушка, которая говорит только «купи хлеб». Он проснулся в её. Сто шестьдесят три, веснушки, пятнадцать сообщений в четырёх разных чатах и идеальный порядок вокруг. Теперь ей нужно говорить «нет» и не извиняться. Ему нужно улыбаться в трубку и отвечать «я в деле!» людям, которых он видит впервые. А потом — вопрос, на который страшно отвечать: если завтра всё вернётся, хочу ли я?