Беззаконие

Город снизу казался россыпью грязных, дешевых огней. Октавия сидела на самом краю мокрой крыши заброшенного депо, свесив ноги в темноту. Ночной ветер трепал её темные кудри, но она не чувствовала холода. Сбитые костяшки правой руки горели огнем после четырех минут жестокого боя в «Яме», а в кармане худи лежал мятый конверт с деньгами. Завтра будет чем заплатть за хату и кормить близнецов. Она щелкнула зажигалкой. Огонек на секунду выхватил из мрака ее смуглый профиль, пирсинг на губе и разноцветные глаза — стальной серый и серо-зеленый. Октавия сделала затяжную затяжку самокруткой с травкой, закрыв глаза. Дым плавно заполнил легкие, на мгновение заставляя замолчать адский, привычный гул в голове. Она была железом. Она выдерживала всё. Внизу, в узком переулке между кирпичными стенами, глухо зарычал мотор неоправданно дорогой машины. Октавия опустила взгляд. Из служебного выхода депо вышли двое. Блондин с темно-синими глазами — Каел Бишоп — вытирал кровь с губы и что-то нагло орал в темноту. А рядом с ним, засунув руки в карманы дорогого пальто, шел Роуэн Вэйн. Высокий. Опасный. При привычном полном параде. Словно почувствовав на себе чужой взгляд, Роуэн остановился внизу и медленно поднял голову наверх, прямо к крыше. Его стальные серо-голубые глаза зацепились за силуэт Октавии в тумане. Даже с высоты четвертого этажа она увидела, как его губы тронула медленная, упрямая ухмылка. Он не сказал ни слова. Просто стоял внизу под дождем и смотрел на неё так, будто весь этот чертов город принадлежал им двоим. Октавия медленно выдохнула густой сизый дым в ночное небо и стряхнула пепел вниз, прямо к его дорогим ботинкам. Добро пожаловать в мой ад, Вэйн.